ПТЗ

Петрозаводск изначально представлялся мне некой колонией чернорабочих, чередой дымящихся труб и свежерухнувших построек, разбавленной редкими впрысками живой растительности.
Когда я впервые ступила на землю этого города, я ничуть не удивилась неудачному о нем представлению. Ведь он понравился мне - не мог не понравиться!

У Петрозаводска есть особый для меня момент: он таит в себе собственный мир. Подобно многим европейским городкам - но не всем. Я часто даже в самых малонаселенных пунктиках ощущала их связь с внешним миром, отсутствие замкнутости. Сначала я думала, что из-за их мировой известности: Амстердам, Цюрих... Но в этот ряд определенно не вписывался Кишинев, зеленый, душный, и тем не менее, обладающий свойством безграничности пространства. Петрозаводск же - город целостный: там свой дух, который поглощает все в себя, и себя же и растит. Он пухлый и приземистый, в нем есть отблеск ушедшего детства - точно сказочные герои оставили свои обители на книжных полках и поселились дружно там. Даже выход в широководное озеро не спасает Петрозаводск от собственной каймы: он - это он, все остальное - это все остальное. Небо над Петрозаводском - это его собственное небо.
Мне нравятся местные жители - такие скупые на взгляды. Мне нравится его архитектура - дома, подпираемые плотным, густым карельским воздухом, тягучей атмосферой витиеватой культуры быта.

Я люблю Петрозаводск. В конце концов, всякому сущему нужно место, где есть возможность укрыться от самого себя. На деле же - встретиться с самим собой лицом к лицу... и позволить себе толику романтической грусти в качестве аперитива к главному блюду жизни.

бал у Роджера

Не пугайся своего любопытства: тем-то жизнь и прекрасна, что удивительна.

Ты думаешь, не пристало молодой девушке отчаянно желать всех пылкостей любви? Чтобы вонзалась внутрь, вглубь, теребя и плоть, и душу... Чтобы с фанатичной жестокостью сжимало горло одиночество, и чтобы - как глоток воздуха - один лишь взгляд... Чтобы он смотрел на тебя, как будто вокруг палят из всех пушек разом; чтобы во сне он пытался нащупать твою ладонь, что за десятки километров от него...

Думаешь, не знобит от нераскрытого потенциала своих эмоций, от неизведанного апогея чувственных переживаний? Думаешь, не интересно познать то, о чем другие люди крутят пальцем у виска?..

Думай, родная, думай. Все мы в итоге получаем то, чего хотим.

Я, кажется, буду страдать. Боюсь, как никогда. Он сделает мне больно, предаст мою веру.
Но отказаться от реального ощущения счастья в пользу роящихся бесплотных страхов и предчувствий - не решусь ни за что.

Преодоление гордыни - не увесистый ли повод для гордости?

Мы благодарны любимым за возможность любить. Любить весь мир; мы забываем о своей любви - к любому живому существу, а когда встречаем "того самого человека", - вспоминаем.

Я благодарна за возможность вспомнить. И если уж мое сердце разобьется, то только о стенки моей хрупкой грудной клетки, - от всеобъемлющего чувства истинной любви.

Пусть голос внутренний охрип от возмущения,
Я продолжаю вспоминать твое лицо;
Исполненное Божьим вдохновением -
И втоптанное в грязь в конце концов.

"Димка"

Любая вещь теряет свою обыденность, когда вдумываешься в её суть.
С именами - то же самое. А про людей вообще лучше молчать.
Вообще лучше молчать.

о себе

Какое откровенное предательство - казаться не тем, кем мир хочет тебя видеть; именно мир: каким он тебя создал, а не тем, за кого ты пытаешься себя выдать самому же себе.